"Фантастика 2024-158". Компиляция. Книги 1-31 (СИ)

— Владимир Соколов. Он на первый курс уже поступил папа. Ещё до экзаменов представляешь? Наверное, он там один такой. Ты легко найдёшь.
— И что я ему скажу? — Тихонравов поставил чашку на блюдце, и отдал горничной стоявшей рядом. Та вопросительно посмотрела на него, и увидев кивок, поспешила на кухню накрывать ужин.
— А я не знаю. — Девочка смешно развела руками. — Но папочка, он такой умный, и знает много, и говорит хорошо. Он совсем как взрослый, только выглядит как мы. И смотрит на нас как вот ты глядишь. Ласково, но строго.
  
— Интересно. — Николай Ильич, кивнул. — Надо будет познакомиться с ним. Возможно что-то из этого и выгорит.
Владимиру все девичьи страдания были неинтересны, потому что он погрузился в историю государства, и видел насколько огромная пропасть была между разными и такими похожими странами. В этой России, не было никакой главной религии, а государь-император, был главой совета церквей, где заседали муллы, раввины, попы, и прочие пастыри человеческих стад. И именно они яро боролись со всеми ересями и сектами, выпалывая любое отклонение от основного спектра взглядов на веру и государственность. Кроме этого совета, был ещё научно-промышленный совет, который запросто мог указать место зарвавшемуся промышленнику, или банкиру, ещё до начала карательных операций финансовой стражи. Заодно Владимир выяснил почему тут вместо господина, в ходу обращение товарищ.
Всё дело в христианской церкви, которая здесь не стала государствообразующей, а так и осталась на положении одной из нескольких конфессий. Обращение к богу — Господь, не стало массово употребительным, потому как господином называли всего лишь хозяина-мужчину, а его хозяйство — господарством. И чтобы убрать разноголосицу в обращениях, государь Иван первый издал указ, по которому обращение слуг государевых друг к другу — товарищ, а обращение к другим податным людям — гражданин. Но со временем «товарищ» вытеснил все варианты, а «гражданин» осталось в виде подчёркнуто-нейтрального к неприятным людям, или в обращении судейских и охранительных чинов к подследственному или подсудимому. «Господином» величали друг друга церковные иерархи Русской Христианской Церкви, на церемониях, и некоторые категории работников обращаясь к хозяину предприятия где работали.
Русско-японская война была и в этой истории, только не за корейские порты, а за Хоккайдо и Сахалин, где разыгрались крупнейшие сражения этой части планеты. Японцев конечно выкинули со всех территорий, и уже присматривались к Хонсю — основному острову Японии, когда Британия, не желавшая терять союзника в этой части света, выплатила России большую контрибуцию за самураев, чем всё и закончилось.
На эти деньги была перестроен Транссиб, и частично КВЖД, а также куплены несколько заводов по производству паровозов, что на много лет вперёд решило все проблемы страны с транспортной связностью. И в этой реальности Министерство Путей Сообщения было огромным монстром со своими институтами, заводами, домами отдыха и прочим хозяйством.
Европейская война сорокового, когда Франция, Италия, Германия, Австрия, Чехословакия и Польша собрали коалицию чтобы пограбить Россию, затухла едва начавшись, когда после выдвижения армий на территорию России, по всей границе были подорваны маготехнические заряды, а рукотворный воздушный ураган выдул всю магическую дрянь на территорию Европы. С тех пор, большая часть Галиции, Польши, Чехии и Австрии — заповедник, где привольно себя чувствуют мутировавшие звери и птицы, а вот люди почему-то совсем не живут.
Секрет узора, который превращал всю материю в ядовитую кислоту, так и не был разгадан, и с тех пор, являлся одной из страшилок, умеряющих аппетиты других стран.
А в основном цивилизация продвинулась примерно до того же уровня что и в истории Владимира. Летали реактивные самолёты, двигатели всяческого сгорания пыхтели в атмосферу, а по вечерам люди устраивались у телевизоров, чтобы посмотреть очередную серию «Московских тайн» или скандальное интервью какой-нибудь звезды.
Мобильная телефония делала свои первые шаги превращаясь из кучи блоков весом больше тонны в кейс размером с толстый портфель, который уже можно было поручить таскать секретарю или охраннику. А в такси и машинах госслужб радиостанции стояли ещё с сороковых годов.
Чтение раздела История связи, натолкнуло Владимира на интересную мысль. Ему надоело ходить пешком и несмотря на хорошо развитую сеть метро, и автобусов, хотелось чего-то своего, и он полез в свежие газеты, где печатали рекламу автомагазинов.
Новая «Волга-спорт», двухместный лёгкий автомобиль со стопятидесятисильным мотором и съёмной крышей, стоил примерно четыре тысячи рублей. «Волга-консул», полноформатный пятиместный седан, уходил за шесть с половиной тысяч. А «Волга-премьер», за все пятнадцать, но это был настоящий лимузин, с большим, высоким салоном, стеклом между водителем и пассажирами, а также телефоном в штатной комплектации.
Тяжёлый и пафосный «членовоз» Владимиру не приглянулся, а вот вытянутая и элегантная Волга-спорт, очень даже понравилась. И он уже знал, что изменит в машине, чтобы она смотрелась по-настоящему стильно. Нужны более широкие колёса, более агрессивная «морда», и никелированные дорожки — плавники вдоль задних крыльев.
Время было около шести, и ехать куда-то было поздно, но вот насчёт развлекательных заведений — самое время. Он перелистнул страницу и стал скользить по анонсам мероприятий, когда в комнату постучали.
— Иду. — Владимир повернул замок, и приоткрыл дверь, которая открывалась наружу. На ковровой дорожке перед номером стоял мужчина средних лет в отлично сшитом мундире, с хорошей коллекцией орденов.
— Чему обязан? — Владимир поклонился.
— Терц-адъютант его императорского величества Константина первого, подполковник Николай Харитонов. — Офицер вытянулся по стойке смирно, и бросил ладонь к козырьку, звякнув орденами.
— Прошу вас. — Владимир распахнул дверь, и впустил визитёра в номер.
— Имею честь, пригласить вас для конфиденциальной беседы, с государем императором, сей же час. Машина подана.
— У меня есть время переодеться?
— Разумеется. — Подполковник кивнул. — Я подожду.
Володя надел отглаженный горничными серый костюм, свежую рубашку, скромный тёмный галстук, и последним движением навёл блеск на полуботинки.
— Я готов.
Адъютант скользнул взглядом по Владимиру и кивнул.
— Прошу вас.
Длинный белоснежный лимузин Астра-девять, и автомобиль сопровождения похожий на внедорожник — высокий кирпичеобразный транспорт Средне-Уральского автозавода под названием Бабр [9], тронулись одновременно, сразу взяв высокий темп.
В этом Кремле Владимир ещё не был, хотя экскурсии по открытой части крепости ходили свободно и даже бесплатно. Сразу бросались в глаза отсутствие куполов церквей, двуглавых орлов и звёзд на башнях. Все шпили крепости венчала золотая фигурка сокола, причём не летящего вниз, а вверх.
Машины остановились у крыльца где дежурил караул в расшитых золотом мундирах лейб-гвардии, с автоматическими карабинами, но на Владимира с адъютантом они не обратили внимания. Они шли по коридорам и переходам, довольно долго, пока не пришли в небольшой зал — зимний сад, с искусственным водопадом, и дорожками, выложенными камнем.
В кресле рядом со столиком сидел мужчина лет пятидесяти, в зелёном мундире без орденов и знаков различия, но по тому как он сидел, как держался, Владимиру стало понятно, что перед ним управитель земли русской.
— Ваше величество. — Володя сделал шаг вперёд и чётко поклонился.
— Выправка хороша. — Заметил император и улыбнулся. — Садитесь Владимир. Разговор у нас будет долгий. Вы ужинали?
— Да, ваше императорское величество. — Владимир качнул головой в поклоне, присаживаясь на краешек кресла.
— Хорошо. — Император который понял, что гость врёт, но не потому что боится, а потому что не хочет усложнять беседу едой, кивнул, соглашаясь с таким вариантом беседы.